Вот что говорит
 | Чарльз Буковский о поэтах-Поэт? это слово нужно определить заново, когда я слышу его у меня начинает бурлить в желудке как будто вот-вот стошнит… |
Новости
Красный Май сорокалетней выдержки
Студенты тоже не сидели на месте, в конце марта они захватили административное здание в Нантере и один из залов Сорбонны, требуя освобождения своих товарищей, выступивших против войны во Вьетнаме.
1 мая сто тысяч человек вышли на улицы Парижа с требованием достойной жизни.
2 мая 1968 года после объявления о прекращении занятий «на неопределенное время» Национальный студенческий Союз Франции и профсоюзы Образования призвали студентов к забастовке. Митинги и демонстрации прошли практически во всех университетских городах Франции.
3 мая в Сорбонне во время проведения демонстрации ректор вызвал полицию, которая прошлась по студентам слезоточивым газом и дубинками. В столкновениях, охвативших весь Латинский квартал, участвовали по 2 тысячи человек со стороны полиции и студентов. Сорбонна — впервые со времен фашистской оккупации — была закрыта.
5 мая 13 студентов были осуждены парижским судом. В ответ студенты создали «комитет защиты против репрессий».
6 мая 20 тысяч человек вышли на демонстрацию с требованием освободить осужденных, открыть университет, а министра образования и ректора Сорбонны отправить в отставку. Студенты под аплодисменты горожан беспрепятственно прошли по Парижу, но в Латинском квартале их атаковали 6 тысяч полицейских. Скоро весь левый берег Сены превратился в арену ожесточенных столкновений, число уличных бойцов достигло 30 тысяч. Лишь к 2 часам ночи полиция рассеяла студентов — 600 человек с обеих сторон было ранен.
7 мая бастовали все высшие учебные заведения Парижа. В ответ власти объявили об отчислении из Сорбонны участников беспорядков. Поздно вечером у Латинского квартала студенческую колонну вновь атаковали полиция. Студентов поддержали почти все профсоюзы преподавателей, учителей и научных работников и даже глубоко буржуазная Французская лига прав человека.
8 мая президент де Голль заявил: «Я не уступлю насилию». Крупнейшие представители французской интеллигенции, такие как Жан-Поль Сартр, Симона де Бовуар, Франсуаза Саган и Франсуа Мориак, выступили в поддержку студентов.
9 мая в Париже на улицу вышло столько народа, что полиция вынуждена была стоять в сторонке.
10 мая 20-тысячная демонстрация студентов, пытавшаяся пройти на Правый берег Сены к зданиям Управления телевидения и Министерства юстиции, была остановлена на мостах полицией. Студенты соорудили 60 баррикад, некоторые из них достигали 2 метров в высоту. До 6 часов утра студентам, окруженным в Латинском квартале, удавалось сопротивляться полиции.
С 10 на 11 мая никто в Париже не спал. Со стороны Латинского квартала слышались разрывы гранат со слезоточивым газом. Парижане сидели у радиоприемников и слушали прямые репортажи с места событий. Зарево над Латинским кварталом подтверждало, что дело приняло самый серьезный оборот. Ночь баррикад завершилась отступлением студентов.
11 мая оппозиционные партии потребовали срочного созыва Национального Собрания.
13 мая Францию парализовала всеобщая 24-часовой забастовкой, в которой участвовало практически все трудоспособное население — 10 миллионов человек. В Париже прошла грандиозная 800-тысячная демонстраци, в первом ряду которой шли руководитель Всеобщей конфедерации труда коммунист Жорж Сеги и анархист Кон-Бендит. Сразу после демонстрации студенты захватили Сорбонну, объявив её «автономным народным университетом, постоянно и круглосуточно открытым для всех трудящихся».
14 мая стачечная волна охватила металлургическую, машиностроительную промышленность и другие отрасли. Над воротами многих заводов и фабрик были надписи «Занято персоналом», над крышами реяли красные флаги.
15 мая студенты захватили парижский театр «Одеон» и превратили его в открытый дискуссионный клуб, подняв над ним два флага: красный и черный. Группа литераторов захватила штаб-квартиру Общества писателей. Кинематографисты выработали программу обновления кинопромышленности в русле плановой социалистической экономики. Художники наполняли свои работы социальным смыслом и выставляли их в огромных галереях — цехах авто- и авиазаводов. Повсюду висели красные флаги. Соблюдалась строжайшая дисциплина.
16 мая Сорбонна, «Одеон» и половина Латинского квартала оказались заклеены плакатами и листовками, расписаны лозунгами самого фантастического содержания: «Запрещается запрещать!», «Будьте реалистами — требуйте невозможного! (Че Гевара)», «Секс — это прекрасно! (Мао Цзэ-дун)», «Забудь всё, чему тебя учили — начни мечтать!», «Нельзя влюбиться в прирост промышленного производства!», «Революцию не делают в галстуках», «Старый крот истории наконец вылез — в Сорбонне (телеграмма от доктора Маркса)», «Университеты — студентам, заводы — рабочим, радио — журналистам, власть — всем!».
Сорбонной стал управлять Оккупационный комитет из 15 человек.
16 мая закрылись порты Марселя и Гавра, прервал свой маршрут Трансъевропейский экспресс. В центре департамента — Нанте, Центральный забастовочный комитет взял на себя осуществление контроля за движением транспорта на въездах и выездах из города. На блок-постах, сооруженных транспортными рабочими, дежурили школьники.
17 мая число захваченных рабочими крупных предприятий достигло полусотни.
Желание людей самим установить порядок было столь сильным, что городским властям и полиции пришлось отступить. Работницы взяли под контроль снабжение местных магазинов продовольствием, рабочие и студенты организовали выезд на фермы с целью помочь крестьянам сажать картофель. Изгнав из сферы сбыта посредников, революционные власти снизили розничные цены. Чтобы поддержать нуждающиеся семьи, профсоюзы распределили среди них продовольственные купоны. Учителя организовывали детские сады и ясли для детей бастующих. Энергетики взялись обеспечить бесперебойное снабжение молочных ферм электроэнергией, организовали регулярную доставку кормов и горючего в крестьянские хозяйства. Крестьяне, в свою очередь, приезжали в города для участия в демонстрациях.
20 мая число бастующих достигло 10 миллионов. В стране сложилось двоевластие — с одной стороны деморализованная государственная машина, с другой стороны самодеятельные органы рабочего, крестьянского и студенческого самоуправления.
21-22 мая в Национальном Собрании обсуждался вопрос о недоверии правительству. Для вотума недоверия не хватило 1 голоса!
22 мая власти попытались выслать из страны лидера студентов Даниэля Кон-Бендита как иностранца. В ответ студенты устроили в Латинском квартале «ночь гнева», соорудили баррикады, подожгли здание Парижской биржи.
24 мая де Голль выступил «признал», что доля участия французского народа в управлении обществом ничтожна. Он предложил провести референдум о «формах участия» простых людей в управлении предприятиями. Позже он от этого обещания откажется.
25 мая начались трехсторонние переговоры между правительством, профсоюзами и Национальным советом французских предпринимателей. Выработанные ими соглашения предусматривали существенное увеличение зарплаты, однако ВКТ была не удовлетворена этими уступками и призвала к продолжению забастовки. Социалисты во главе с Франсуа Миттераном собирались на стадионе грандиозный митинг, где осудили профсоюзы и де Голля и потребовали создания Временного правительства. В ответ на это власти во многих городах применили силу, и ночь 25 мая получила название «кровавая пятница».
29 числа, в день чрезвычайного заседания кабинета министров, стало известно, что бесследно исчез президент де Голль. Лидеры «Красного Мая» призвали к захвату власти, поскольку она «валяется на улице».
30 мая де Голль объявился и выступил с крайне жесткой речью, демонстрируя твердость и решимость навести порядок. Он заявил, что отказывается от референдума, объявляет о роспуске Национального Собрания и о проведении досрочных парламентских выборов. Затем де Голль провел глубокую реорганизацию правительства Помпиду, заменив девять министров. А голлисты провели 500-тысячную демонстрацию на Елисейских полях. Они скандировали «Верните наши заводы!» и «Де Голль, ты не один!».
Происходит перелом в ходе событий. Многие предприятия еще будут бастовать недели две.
В начале июня профсоюзы добились новых экономических уступок и волна забастовок спала. Предприятия, захваченные рабочими, «очищались» силами полиции. Правительство, профсоюзы и предприниматели провели упорные переговоры.
6 июня сумели достигнуть нелегкого согласия, которым вроде бы были удовлетворены все. Жизнь во Франции начала входить в прежнюю колею.
12 июня власть перешла в наступление. Были запрещены основные левацкие группировки, Кон-Бендит был выслан в ФРГ.
14 июня полиция очистила от студентов «Одеон», 16-го — захватила Сорбонну.
23 и 30 июня прошли парламентские выборов. Припугнув средний класс коммунистическим заговором, голлисты все-таки получили большинство мест.
Неважно, какие обстоятельства сыграли свою роль во французском бунте студентов, и был ли у этой революции спонсор. Революция «здесь и сейчас» охватила 60-е, во времени и пространстве, в умах и на площадях. Свобода плеснула за край восприятия. Другое дело, что кому и на что это cгодилось…
Оставить комментарий |
