Сенсации

Hendrix, сын шамана

Привет. Меня зовут так-то и так-то, мне лет примерно 16-17, и я считаю, что музыку, увидевшую свет после 1974 года, слушать не имеет ровно никакого смысла. (На дворе – середина девяностых, уточняю на всякий случай.) Справедливости ради стоит отметить, что как двигались музыкальные течения до, скажем, 1965го года, я представляю весьма слабо, и не горю желанием узнать. Но об этом факте я обычно… умалчиваю. Простите мне это внезапный временной сдвиг, тем более — не очень-то уместный в рамках данного проекта. Может быть, куда более к месту было бы начать с путешествия на сорок, а не на десять лет назад. Но дело в том, что мистическая эпоха под названием «девяностые» для кого-то не менее уникальна и загадочна, чем «шестидесятые». Иными словами, эпоха открытий у каждого своя. Году примерно в 1994 я, например, открыл Джими Хендрикса. Все наверняка знают о его вкладе в развитие гитарной музыки, о том, что начинал он как музыкант-сессионщик, о том, что фактически успел выпустить всего три полновесных студийных альбома (два в 1967 – Are You Experienced? и Axis Bold As Love, и один в 1968 – Electric Ladyland), прежде чем умер от передоза в 1970, все слышали о его феноменальном выступлении на Вудстоке, или – по крайней мере все заинтересованные. Да и мне меньше всего хотелось бы пересказывать биографию Хендрикса, лучше написать о некоторых любопытных фактах (которые, кстати, на деле могут оказаться крайне далеки от истины). Например: мать Хендрикса была негритянкой, а отец – индейским шаманом. Или, возможно, наоборот, отец – негр, а мать – из какого-нибудь полузабытого индейского племени. Впрочем, вполне может оказаться, что Хендрикс случайно свалился на поверхность нашей планеты из корабля инопланетян, следовавшего мимолетом через Солнечную Систему (тем более, он сам неоднократно намекал на такую версию в своих песнях). Хендрик родился 27го ноября 1942 года. Впрочем, куда важнее знать где он родился – в Сиэттле. И хотя слава пришла к нему в первую очередь за морями, в Великобритании, не будет большим преувеличением сказать — вот вам и первая рябь на воде, без которой определенно не было бы «сиэттлской волны». С другой стороны, тут все зависит от точки зрения – любая пластинка Джими может показаться настоящим цунами по сравнению со многими представителями «сиэттлской волны». А вы знаете, что рост Хендрикса был 180 сантиметров? Кому-то покажется, что рост музыканта не имеет никакого значение, главное – творческие достижения, что ж, отчасти так и есть. Но дело в том, что, слушая пластинки, я представлял себе крохотного щуплого негра, эдакого мотауновского толка (хотя кто сказал, что негры с Мотауна отличались хилой комплекцией?), с прической «афро» и огромной гитарой. Может быть, это из-за того что имя «Джими», с этой трогательной незадвоенной М в середине, казалось мне каким-то полудетским? Прическа «афро» между тем имелась, так же как и огромная гитара, или по крайней мере – гитара, казавшаяся огромной, иначе откуда бы взялись все эти волны, водовороты, потоки и течения звука? Джими разбивал ее, гитару, об сцену, рвал зубами и терзал пальцами, но вполне очевидно, что он любил ее – и я отчетливо помню заключительную часть видеозаписи одного из концертов, где Хендрикс сжигает (!) инструмент, а потом опускается на колени перед обгоревшими обломками и, кажется, плачет.

Сергей Оболонков.